Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
14:58 

Беспокойные

Серый Сказочник
Live to tell the tale.
Фичок по World of Warcraft. С андедами и ООС.
Действующие лица - почти ОСы, леди Сильвана Ветрокрылая, чуток Агата и Мортий мимо пробегал.


Над Тирисфалем взошла луна.
Под сенью деревьев стыдливо укрылись дома - ветхие, старые, почти заброшенные. В них не было мрачной красоты местных посёлков; не было и следов хозяйской заботы, отличающей хороший дом. Здесь жили люди, и - по мнению многих - из Тирисфальских лесов им стоило поскорее убраться.
Меж домов раскинулись огороды. Пока они ещё приносили хороший урожай, но тот день, когда на здешней земле не взойдёт ничего, кроме сорняков, неумолимо приближался. Сейчас огороды пустовали. С наступлением вечера все, даже самые трудолюбивые фермеры укрылись в своих домах. Почти все они уже спали, и лишь в нескольких окнах тускло брезжил свет.
За одним из этих окон готовилась к ужину усталая женщина. Она словно ждала кого-то, ждала давно и безнадёжно - поставив на стол одну тарелку, женщина тут же потянулась за другой, но в последний миг отдёрнула руку. И глянула на посудную полку так хмуро, словно та была виновата во всех её несчастьях.
Наконец стол был накрыт, а тыквенная похлёбка налита в миску. Огонь в очаге весело трещал, разгоняя тьму в доме - но не за окном. Хозяйка уселась на колченогий табурет, взяла в руки ложку... и тут в дверь постучали.
Устало вздохнув, женщина пошла к двери. На её лице застыло сварливое выражение, она явно собиралась выбранить незваного гостя, а то и выгнать его, но забыла об этом, как только увидела, кто стоит на пороге.
- Марвин!.. - женщина побледнела и, не сводя с гостя глаз, осела на скамью у стены. - Марвин, ты... ты...
Последнее слово застряло у неё в горле. Стоящего на пороге человека никак нельзя было назвать живым. Болезненно-зелёная кожа, язвы на щеках, гниющая плоть... Левая рука так и вовсе болталась на обрывках жил, грозясь оторваться.
Жуткий мертвец почему-то не стремился вламываться в дом, нападать на беззащитную хозяйку и творить прочие чёрные дела. Он смущённо топтался у входа, здоровой рукой прижимая к груди шляпу.
- Здравствуй, Дженис, - наконец выговорил он. - А я вот... пришёл к тебе. Ты меня впустишь?
- Конечно, - на глаза женщины навернулись слёзы. - Конечно, впущу. Это же твой дом, Марвин!
Марвин переступил порог. Дженис встала со скамьи, всё ещё глядя на него - и вдруг оживилась, захлопотала, словно ей каждый день доводилось принимать в гостях восставших мертвецов.
- Ты не стой столбом, садись ужинать! - тараторила она, доставая с полки посуду. - Я как раз похлёбку сварила, тыквенную, как ты любишь... В этом году хороший урожай тыкв, Марвин. Хоть каждый день ешь!
- Вот как, - осторожно сказал мертвец. - Так значит, у тебя всё в порядке, Дженис? Я так рад...
Дженис замерла, не донеся до стола горшок с похлёбкой.
- Не в порядке, - сказала она после долгой паузы. - Что у меня может быть в порядке, Марвин? Я же думала, что ты умер...
Марвин неловко кашлянул.
- Но я правда умер.
- Да уж вижу! - фыркнула Дженис. - Ох, а что у тебя с рукой?! Я могу помочь тебе чем-нибудь?
Женщина привычно потянулась к резному деревянному сундучку. Здесь хранились целебные травы, бинты и зелья; в былые дни этот сундучок не раз выручал и саму Дженис, и её бестолкового мужа...
- Нет-нет, что ты! Человеческие снадобья теперь для меня бесполезны, - охотно пустился в разъяснения Марвин. - Здесь нужен гробовщик. Он пришьёт мне руку или подберёт по размеру новую...
Заметив, как побледнела Дженис, мертвец оборвал свой монолог.
- Прости.
- Главное, что ты вернулся, глупый, - вздохнула женщина. - Давай ужинать, а то похлёбка совсем остынет.
И они сели за стол. Ел, впрочем, только Марвин, Дженис же смотрела ему в рот, подперев щёку рукой. Мужчина медленно и вдумчиво зачёрпывал похлёбку, подносил ложку ко рту, не спешил глотать - старался вспомнить вкус своего любимого блюда.
- Нравится? - спросила Дженис, улыбаясь.
- Сейчас я чаще ем похлёбку из тараканов, - неохотно признался Марвин. - Но и твоя ничуть не хуже, чем прежде...
Вдруг Дженис разрыдалась, горько, взахлёб, не скрывая слёз. Марвин вскочил с табурета, обогнул стол, стремясь обнять жену и утешить, но в последний миг отшатнулся, не решаясь к ней прикасаться.
Дженис же это не заботило. Она притянула мужа к себе и прижалась к его груди, продолжая всхлипывать.
- Ты дурень, Марвин, ты такой дурень!.. - бормотала сквозь слёзы измученная женщина. - Где ты был столько времени? Почему не возвращался? Я ведь думала, что ты умер. Думала, что никогда больше тебя не увижу. Если б знала, где твоя могила, попросила бы кого-нибудь закопать меня рядом... А ты, оказывается, все эти годы шлялся где-то с Отрекшимися! Ну почему ты даже весточку мне не подал, не сообщил о том, что ты жив?!
Марвин перебирал костистыми пальцами волосы Дженис, так бережно прикасаясь к каждой пряди, словно они были сделаны из чистейшего серебра. Да и на самом деле в них блестело немало серебра, время щадило живых не больше, чем мёртвых...
- Потому что я не жив, Дженис, - глухо сказал мертвец. - И не могу вернуться к прежней жизни, даже если хочу этого. Зачем тебе муж, от которого пахнет гнилью? Чтобы развести червей в супружеской постели? Как я мог показаться тебе на глаза, Дженис?!
- Но ведь показался же, - женщина подняла на мужа красные, опухшие от слёз глаза. - Почему сегодня ты решился ко мне прийти? Что-то изменилось?
- Изменилось, - неохотно признался Марвин. - За мной гонятся... и ещё я хотел попрощаться.
- Попрощаться?.. Гонятся? Но кто?!
- Алый орден, конечно же, - пожал плечами Марвин. - Мало кто отваживается нападать на Отрекшихся в Тирисфальских лесах!.. Но я был слишком неосторожен и попался рыцарям на глаза, а они не захотели упускать лёгкую добычу.
- Значит, ты пришёл ко мне, чтобы скрыться, - печально вздохнула Дженис. - А потом ты вернёшься в Подгород, так?
- Нет. Я иду в Серебряный бор.
- Да ведь он к югу отсюда!..
Марвин не удержался и нежно погладил жену по щеке.
- А я попрощаться пришёл, как и говорил тебе. Все эти годы я жил совсем рядом, думал, написать тебе или нет, боялся напугать... А теперь Тёмная Госпожа, - мертвец почтительно склонил голову, упомянув королеву, - призывает нас на войну с воргенами. На этой войне то, что осталось от моей жизни, может вновь оборваться. Я махнул на всё рукой и решил, что должен тебя увидеть. Вот и все дела, Джейни.
- Наконец-то ты начал думать своими мёртвыми мозгами, - усмехнулась женщина. - И что теперь? Когда ты уходишь?
- Завтра утром, - Марвин замялся. - Если ты разрешишь мне переночевать, конечно... и у тебя найдётся лишнее одеяло...
- Не найдётся, - решительно сказала женщина. - Ничего, ляжешь в постель, пара-тройка червей меня точно не испугает.
Услыхав это, Марвин как открыл рот, так и не закрыл. И ничего не выговорил, стоял столбом и хлопал глазами, пока Дженис суетилась, собирая его в дорогу. Хлопоты по хозяйству, равно как и насмешки над мужем, всегда помогали ей сохранить самообладание... вот только мужа долгие годы она была лишена.
Расстелив постель, Дженис спустилась в погреб, чтобы собрать мужу еды в дорогу. Из открытого люка доносилось её сердитое ворчание - тараканами, мол, сыт не будешь! - а Марвин всё ещё стоял посреди комнаты и оглядывался по сторонам.
Вновь сесть на табурет он не решился.
Марвин чувствовал себя... грязным. Зачумлённым, как те несчастные мишки, что бродили вокруг Бастиона. Казалось, что от одного его присутствия старый дом может прогнить - в углах прорастут поганки, стены покроются ядовитой плесенью, а потолок однажды обрушится бедной Джейни на голову. Починить разрушенное будет некому, ведь он, Марвин, уйдёт; а изгнать заразу из стен - и того подавно. Не помогут ни молитвы, ни душистые травы Дженис...
И как тут было не взглянуть на сундучок? Он стоял себе на полке - а сбоку на резном дереве виднелись следы клыков. Марвин помнил, как это было, он вообще слишком много помнил для мертвеца. А в тот день он едва вернулся с охоты, как в их дом ворвался голодный, привлечённый запахом крови медведь... Марвин с перепугу огрел его по морде первым, что попалось под руку, тем самым сундучком. А Джейни подхватила оставленное в углу ружьё и выстрелила, и лишь благодаря ей Марвин не стал мёртвым уже в тот день. До чего же она тогда была напуганная, взъерошенная, неуклюжая с этим ружьём в руках... и храбрая.
Ружьё тоже до сих пор было здесь. Оно висело над камином, заржавевшее и нечищеное, но - проверил интереса ради Марвин - заряженное! От кого же Джейни отстреливается? От его братьев-Отрекшихся?!
Марвин предпочёл бы думать, что это были гигантские пауки, безмозглые зомби или псы Тьмы. Да. А он наконец-то дома. Возможно, в мире живых ему больше и нет места - но в сердце жены почему-то есть, и кто он такой, чтобы с ней спорить?
Дженис, с которой не стоило спорить, как раз вылезала из погреба с полной котомкой еды. Она сразу заметила перемену в Марвине и радостно улыбнулась ему.
- Джейни, я... я... - начал мертвец.
Он сам ещё не знал, что собирается сказать. Что не пойдёт в Серебряный бор, рискуя навлечь на себя гнев королевы банши? Останется здесь, будет помогать Дженис по хозяйству и сажать тыквы, пока его не заколют вилами перепуганные соседи?.. Наверно, стоило просто сказать, что он любит жену. Но Марвин не успел сделать и этого - в дверь постучали второй раз за вечер.
- Кто там? - хором спросили супруги. Дженис сердито шикнула на Марвина, да он и сам уже понял, что поступил глупо.
- Кто там? - повторила женщина, неспешно подходя к двери. Марвин тем временем тихо отступил к открытому люку погреба. Из-за двери донеслось властное:
- Отворите, во имя Света!
Дженис не интересовал Свет, Тьма и рассветные звёздочки. Дженис хотела, чтобы Марвин поскорее убрался в подвал, а там уже можно подумать, отворять гостям или нет; но она забыла задвинуть засов, когда пришёл Марвин, и дверь, не выдержав излишне усердного стука, отворилась.
- Добрый вечер, хозяюшка... - рыцарь Алого ордена без спросу переступил порог и удивлённо огляделся. - А где же твой муж? Из-за двери я слышал два голоса.
- Вам, видно, послышалось, сэр, - тихо ответила Дженис. Она стояла как раз между дверью и люком, в котором изваянием застыл Марвин. Пока что рыцарь не заметил его, но надолго ли это?..
- Послышалось, говоришь? - нахмурился гость. - А не видела ли ты, добрая женщина, чего-нибудь странного? Исчадия Тьмы, ожившие мертвецы здесь не появлялись?
- Нет, сэр.
- Вот, значит, как... Ничего странного нынче не происходило, и второй голос мне послышался... А почему же тогда у тебя на столе стоят две миски вместо одной?
Рыцарь сделал шаг в сторону, чтобы обогнуть застывшую Дженис - и увидел Марвина.
- Мерзкая тварь!..
Лицо служителя ордена, симпатичное, в общем-то, лицо, исказила гримаса ненависти. Он с отвращением отшатнулся от стоящей рядом Дженис.
- Ты! - словно забыв про мертвеца, рыцарь нацелил палец в лицо женщине. - Ты предала Свет? Укрыла у себя мертвеца?! Он ведь даже не грозил тебе пытками!
Дженис вздрогнула и сделала шаг назад, к Марвину. Это не укрылось от глаз рыцаря.
- Бежишь прочь от Света в объятия Тьмы? Ты - такое же чудовище, как и он...
- Насчёт объятий ты угадал, - согласился Марвин, снимая со стены ружьё. Кажется, теперь им уже нечего было терять. - А вот чудовищем называть мою жену не смей, или я разнесу тебе череп!
- Же... жену?!
Женщина сделала ещё шаг назад. И не успела.
А для Марвина умереть самому оказалось и вполовину не так больно, как увидеть входящий в живот Дженис клинок.
Вслед за этим прогремел запоздалый выстрел, и на пол опустилось ещё одно тело - с разнесённым, как было обещано, черепом. Марвин упал на колени рядом с Дженис, приподнял её голову, положил к себе на колени.
- Джейни, прости... Джейни... курок заржавел...
- Они бы и так нас убили, - прошептала женщина, пачкая кровью штаны мужа. - Не сегодня, так в другой раз. Молчи, дай ска...
Договорить она не успела.
Марвин бережно пригладил волосы жены. Он-то знал, что она хотела ему сказать...
- Я тоже люблю тебя, Джейни. И ни на миг не забывал, ни в Нордсколе, ни в Подгороде.
По правде-то... в Нордсколе и своё имя недолго было забыть, не только жену. Но Дженис всё равно его уже не слышала.
- Да, - прошептал Марвин, - ты меня не слышишь. Тебя забрала смерть, обычная, обычная смерть; не Король-Лич и не Тёмная Госпожа. Ах, хотел бы я с ней встретиться, с этой обычной смертью!..
Полчаса спустя Марвин вышел из дома. Выволок за ноги тело рыцаря Алого ордена и бросил у порога, плюнув сверху. Вернулся в дом. Снова вышел, неся на руках мёртвую Дженис, и направился на юго-запад. В лес.

***
Серебряный бор был так же красив, как и Тирисфальские леса... конечно, с точки зрения Отрекшихся. Когда-то здесь кипела жизнь; а теперь - яды в котлах, установленных на берегу озера. Возле котлов суетились мертвецы, подсыпая в своё варево погибельные цветы, гнилые потроха и прочие неаппетитные ингредиенты. Изредка их отвлекал от работы цокот копыт - тогда мертвецы сгибались в низких поклонах, приветствуя свою госпожу.
Сильвана Ветрокрылая неспешно ехала по берегу озера. Время от времени она подзывала к себе кого-нибудь из аптекарей, чтобы расспросить о продвижении работы. Всё шло хорошо, чума варилась, её, конечно, следовало ещё укрепить и усилить, но за этим дело не станет... Всё шло хорошо, и мешались только воргены. Проклятые шавки. Они выскакивали из укрытий тут и там, убивали её солдат и не давали покоя аптекарям.
Сильвана выпустила веер стрел, очистив от воргенов участок берега, рассеянно выслушала благодарности спасённых бойцов и повернула коня обратно к командному пункту. К прибытию Гарроша ещё многое предстояло сделать. Гаррош... Сильвана недовольно поморщилась. Впору было подумать, что Тралл выжил из ума, если назначил Вождём этого недоумка!..
Но решения Тралла оставались на его совести. А Сильвана не забывала, кто принял её народ, когда все остальные от них отвернулись. Она собиралась оставаться с Ордой столько времени, сколько потребуется... и ещё чуть-чуть дольше.
К своей палатке королева банши возвращалась, имея твёрдое намерение потолковать с Мортием. Главный палач отменно умел вселять страх в сердца непокорных и выглядел достаточно внушительно, чтобы впечатлить даже орков... но умом, увы, не блистал. А бездельничающих дураков Сильвана не терпела. Надо бы поручить ему организовать зачистку берега от воргенов - уж с этим-то он должен справиться!
- Мортий! Подойди сю... - едва окинув взглядом ставку Отрекшихся, Сильвана позабыла о главном палаче. - А это ещё что такое?!
"Этим" была яма с трупами, приготовленная к приезду Гарроша. В ней лежало уже немало мёртвых тел, мужских и женских, а с краю возился одинокий Отрекшийся, укладывая в яму ещё один труп. Казалось бы, ничего особенного... Но Сильвана сразу заметила, как нежно и бережно он держит в руках женское тело. Как опускает её на землю - осторожно, словно живую, и даже старается устроить поудобнее голову... Как проводит ладонью по белой, но ещё не тронутой гнилью щеке и целует мёртвую женщину в лоб.
- Оставь меня, - велела Сильвана подбежавшему Мортию, и главный палач послушно испарился. На его лице отразилось почти детское недоумение - и зачем госпожа подзывала его, если тут же отослала обратно?!
Марвин до того был занят, так не хотел расставаться с Дженис, что даже не услышал стука копыт. Обернулся он только тогда, когда конь ткнул его в спину костлявым коленом.
- В-ваше Величество!.. - Марвин испуганно подскочил, пытаясь одновременно согнуться в поклоне и вновь подхватить на руки тело жены.
Сильвана с чуть заметной усмешкой потрепала коня по гриве.
- Что ты делаешь? - холодно спросила она. - Эта яма уже наполнена.
- Я... простите, госпожа, я не знал...
- Верно, - согласилась Сильвана, - ты не знал. Ты ничего не мог знать. Судя по твоему виду, ты прибыл в ставку не больше часа назад, не успел даже надеть форму, не получил никаких приказов... но сразу же занялся поиском новых Отрекшихся. Почему?
Марвин открыл рот. Снова закрыл. Он успел приготовить ложь о теле, выброшенном на берег волнами, о том, что не пропадать же добру... но сейчас, под взглядом королевы банши, он не мог вымолвить ни слова.
Почему-то ему вспомнились глаза Дженис. То, как она смотрела на него, умирая.
Под её взглядом Марвин тоже никогда не мог солгать...
- Это моя жена, - тихо сказал он. - Я не успел с ней попрощаться.
- И ради прощания ты собрался тревожить ушедших?
- Вам решать, госпожа, - ещё тише произнёс Марвин.
Сильвана пожала плечами.
- Я-то решу... До недавних пор численность Отрекшихся неуклонно сокращалась. Наш народ вымирал, и лишь благодаря валь'кирам мне удалось остановить это. Конечно же, я ценю любую возможность пополнить наши ряды. А что твоя жена? Она с радостью станет одной из нас? Или мне придётся... убедить её, как я убеждаю врагов перейти на нашу сторону?
Перечить королеве банши Марвин не смел. Но то, как он прижал к себе тело Дженис, было красноречивее всяких слов.
Сильвана наклонилась к нему.
- Подумай, - шёпотом сказала она. - Хорошо подумай, сможет ли твоя жена простить тебя за нежелание её отпускать!
Она хотела сразу же развернуть коня - в конце концов, даже мёртвым иногда нужен отдых! - но её остановил голос Марвина.
- Я... хочу сам спросить её об этом. И услышать ответ.
Ещё несколько мгновений Тёмная Госпожа разглядывала супругов. Мужчина, не живой и не мёртвый, чьё тело изуродовано чумой и могильной гнилью; неподвижная женщина, с лица которой ни время, ни смерть не стёрли остатков былой красоты...
- Агата!
Валь'кира и так была рядом. Смерть притягивала её не меньше, чем зверей - запах свежей крови.
- Верни её, - Сильвана указала валь'кире на Дженис.
Агата молча кивнула и протянула к женщине руку - не затем, чтобы прикоснуться. Просто задеть самым кончиком пальца чужую судьбу и чужую смерть, распустить нити незримого савана, сотканного из паутины...
Хлопнули чёрные крылья. С ладони валь'киры сорвались молнии, окутали тело Дженис, заставив его содрогнуться в конвульсиях и приподняться в воздух. Марвин попытался удержать жену, но тут же отдёрнул руку - молнии обожгли его. Он был уже недостаточно мёртвым, чтобы прикасаться к ним.
Миг спустя Дженис опустилась обратно на колени к мужу. Села. И открыла глаза.
- Дженис! - Марвин схватил жену за руки и невольно расплылся в улыбке. - Джейни, любимая моя...
- Марвин...
Голос женщины изменился. Куда делись те мягкие, чуть насмешливые нотки?.. Теперь он стал резким и хрипловатым, как крик нетопыря. Да и лицо Дженис казалось неподвижным, будто валь'кира заново вылепила его своими прозрачными пальцами... вылепила из снега.
- Марвин, что со мной? Где мы? Что случилось?!
Марвин съёжился, словно побитая собака.
- Мы в Серебряном бору, Джейни. В ставке Отрекшихся. Тот рыцарь, он... убил тебя. А я убил его. Потом я пошёл с тобою в Серебряный бор и попросил Тёмную Госпожу оживить тебя. И... и она сделала это.
Дженис молчала долго.
- Вот как, - наконец вздохнула она. - Значит, теперь мы с тобой оба мёртвые, Марвин! Но ты, кажется, говорил, что идёшь в Серебряный бор воевать. С кем вы... с кем мы тут воюем, родной?
- С воргенами, - торопливо ответил Марвин. - С воргенами из Гилнеаса. Они раньше были людьми, а теперь стали кровожадными чудовищами. Ни днём, ни ночью...
Мужчина осёкся и замолчал.
- Нет вам от них покоя? - насмешливо закончила за него Дженис. - А им от вас? Ох... хорошо всё-таки, что я простая, неграмотная фермерша и ничего не знаю про этот ваш Гилнеас! Признать врагами людей из Тирисфаля я бы не смогла...
Марвин долго смотрел на жену - так, словно впервые её увидел.
- Да... Леди Сильвана была права. Ты никогда не простишь меня, Дженис.
- Это за что же?
- Я должен был позволить тебе упокоиться с миром...
Дженис нежно прикрыла мужу рот ладошкой. Ладонь была холодная, и Марвин задохнулся от ужаса. Так вот оно как!.. Вот они какие... их народ... Отрекшиеся. Он сам давно уже умер, существовал в окружении таких же мертвецов и многое перенёс. Он помнил равнодушную, сковавшую сердце тьму Нордскола, неожиданную свободу, муки осознания и раскаяния... Помнил ужас, ненависть и отвращение в глазах людей. Он и сам с таким же ужасом смотрел на мертвеца в зеркале, пока не узнал в нём себя. Он помнил первую, робкую ещё надежду... надежду на месть, потому что никакая другая надежда не могла родиться в мёртвых сердцах. И помнил, как Тёмная Госпожа указала им путь к осуществлению этой мести.
Вся его не-жизнь была наполнена болью... нет, чем-то худшим, чем просто боль. В его опустевшие вены вместо крови влили густое варево из смертной тоски и отчаяния, и оно заполнило Марвину душу... точнее, ту пустоту, которая от неё осталась, ведь у мертвецов не бывает души. И Марвин гнил изнутри. За годы, прошедшие с момента смерти, с ним не случилось ничего хорошего - вот разве что встреча с леди Сильваной... Да. За королеву банши он бы умер ещё раз, не раздумывая, просто потому, что такая смерть наверняка принесла бы ему облегчение. А если и нет... ну что же, он привык к боли.
Но почему именно сейчас, от прикосновения холодной руки Джейни, боль стала такой острой, жгучей, пронзительной... почти как в те времена, когда он был жив?!
А Дженис неожиданно улыбнулась ему. И положила руки на плечи Марвина, расправив воротник его рубашки. Этот жест тоже был родом из прежних времён.
- Мне не нужен покой, которого ты лишён, - сказала она. - У нас с тобой одна судьба на двоих, помнишь? Мы пообещали друг другу...
- Мы были молоды, - хрипло возразил Марвин. - И глупы.
- И влюблены, - напомнила Дженис.
- Да... И влюблены, - Марвин вспомнил нечто важное и прокашлялся. - И знаешь, Джейни... Я до сих пор люблю тебя.
- Я тоже тебя люблю, - женщина сказала это так строго, словно отчитывала мужа за разбитую посуду. - Именно поэтому, Марвин, мы должны идти дальше вместе, как бы тяжело нам ни было. А если я вдруг забуду это, уж постарайся мне обо всём напомнить!..
- Постараюсь, - эхом откликнулся Марвин.
Муж с женой сидели на влажной земле, держались за руки, как дети, и не замечали ничего вокруг - ни зловонной ямы с трупами, ни Мортия, который решился вернуться и теперь сгорал от любопытства, глядя на них, ни Агаты... Валь'кира всё ещё висела в воздухе рядом. Она слышала весь их разговор, но ничего не сказала.
А леди Сильвана не слышала ничего. Она развернула коня ещё в тот момент, когда Дженис открыла глаза. И сейчас королева банши ехала в Подгород по дороге, утоптанной ногами сотен солдат - ехала, не оборачиваясь назад.

:ps: А вот те ребята, у которых оборотень утырил имена для главных героев:
Дженис Винтерс
Марвин Винтерс

@музыка: А ПОД ЧТО Я МОГУ ЭТО ПИСАТЬ КРОМЕ ОСТОВ К ВАРКРАФТУ :crzdance:

@темы: фанфики

URL
Комментарии
2016-02-08 в 16:28 

полупроводник
её ноябрьство Катрина Кейнс
- Не в порядке, - сказала она после долгой паузы. - Что у меня может быть в порядке, Марвин? Я же думала, что ты умер... Марвин неловко кашлянул. - Но я правда умер. - Да уж вижу!
отлично :lol:

Он ведь даже не грозил тебе пытками!
а с чего он так решил? из-за того, что она так спокойно? anyway, немного странно прозвучало. :3


он вообще слишком много помнил для мертвеца
Возможно, в мире живых ему больше и нет места - но в сердце жены почему-то есть, и кто он такой, чтобы с ней спорить
Дженис не интересовал Свет, Тьма и рассветные звёздочки.
офигенные фразы! :heart:

Всё шло хорошо, чума варилась
захотелось аж куда-нибудь в подпись потырить, например. :lol:

сможет ли твоя жена простить тебя за нежелание её отпускать
DAMN в самое кокоро
ох уж эта жизнь
ох уж это бессмертие
ох уж эта нежизнь

Такая добрая история, и такая страшная, по сути. Но столько любви, что прям ух. :heart:
И читалась легко - там, где сердце не вздрагивало.
Спасибо. :heart::red:

2016-02-08 в 17:50 

Ульвирта
Я невменяема! А мне тут всё вменяют... (с)
...ну то есть первая часть все-таки была лучше. И как фанфик оно никуда не годится XD Прости, меня выперли из-за компа, пишу с тeлефона... а лучше было бы подождать до завтра и не пороть чушь, но мне чо-то плохо. Прости.

2016-02-09 в 11:23 

полупроводник
её ноябрьство Катрина Кейнс
ну то есть первая часть все-таки была лучше
Да с чего ты так решила? X)

Ничо, давай приходи в норму!
Всё у тебя хорошо же, ну. :heart:

2016-02-09 в 14:54 

Ульвирта
Я невменяема! А мне тут всё вменяют... (с)
Да с чего ты так решила? X)
ОТТУДА ЦИТАТОК БОЛЬШЕ XDD

а с чего он так решил? из-за того, что она так спокойно? anyway, немного странно прозвучало. :3
И даже не "немного", а совсем странно. Но с чего он так решил, лучше спросить самого рыцаря. Я далеко не всегда понимаю логику своих персонажей, особенно тех, которые мне не нравятся.
Мне разве что приходит в голову догадка, что он уж слишком много всего знает о пытках ==

захотелось аж куда-нибудь в подпись потырить, например.
Вот насчёт "потырить" - я одну фразу (не про чуму, другую) у тебя как раз и спёр... А ты, кажется, не заметила)))

Я рад, что тебе понравилось :goodgirl: :squeeze:
Но это... ответь мне на один вопрос... только честно, ок? Если эту историю прочтёт какой-нибудь другой поклонник Варкрафта, он убьёт меня лопатой или нет? XD То есть, конечно, ВСЕ ЛЮДИ РАЗНЫЕ и так далее. Но всё-таки.

2016-02-09 в 15:05 

полупроводник
её ноябрьство Катрина Кейнс
ЭТО НИЧО Не ЗНАЧИТ! XDDD
Просто я в конце чаще замирала, и не было времени тянуть цитатки. C:

Я ОЧЕНЬ НЕВНИМАТЕЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК :lol:

Спасибо ещё раз! :heart:
Сильно зависит от фаната - в Варкрафте много неадекватов, особенно пацанов - но она трогательная, не думаю, что люди потянутся за лопатами. :nechto: :heart:Мне разве что приходит в голову догадка, что он уж слишком много всего знает о пытках

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Волчьи записки

главная